Чудеса мультипликации - 3

Часть 3

"Иван Иванович сидел в большом светлом кабинете за письменным столом и работал. Из большой кучи бумаг на его столе он брал одну, писал на ней:
"Разрешить. Иван Иванович" - и откладывал в левую сторону. Затем он брал следующую бумажку, писал на ней: "Не разрешить. Иван Иванович" -
и откладывал в правую сторону. И так дальше: "Разрешить. Иван Иванович". "Не разрешить. Иван Иванович"."
(Эдуард Успенский. Крокодил Гена и его друзья.)

Кстати сказать, в своем желании "пасть порвать" за Чебурашку ФГУП "Фильмофонд киностудии Союзмультфильм" не одинок. Компанию ему составил, разумеется, и автор литературного персонажа "Чебурашка" Э.Н.Успенский:

"Впрочем, претензии от "Союзмультфильма" – вовсе не самое страшное из того, что может ожидать создателей "Самого лучшего фильма". Александр Зубарев, президент компании "Семь радуг" и официальный представитель писателя Эдуарда Успенского по коммерческой реализации его авторских прав, в беседе с корреспондентом "Парка культуры" пообещал создателям ленты "огромный скандал на самом высоком политическом уровне. [...]

По словам господина Зубарева, создатели фильма выходили на него в прошлом году. Когда он попросил показать ему сценарий, для того чтобы убедиться, что образ Чебурашки не будет использоваться неподобающим образом, просители исчезли и больше не появлялись. [...]

По словам господина Зубарева, сейчас писатель готовит несколько писем – в том числе президенту Путину, в Государственную думу и Министерство культуры, чтобы обратить внимание властей предержащих на этот вопиющий, по его мнению, факт."

Забавно. В нашей подворотне это называется "быковать" и "рамсить". В околокультурной среде, правда, предпочитают слова "щупать почву" и "пиариться".

О своем конкуренте (ФГУП "Фильмофонд киностудии Союзмультфильм"), кстати, Э.Н.Успенский как-то высказался в таком духе:

"Не является этот государственный "Союзмультфильм" правообладателем чего-нибудь стоящего. Они владеют, может, пятьюдесятью малоинтересными мультфильмами. В основном все происходит по договоренности с авторами: нужны права на Винни-Пуха - они позвонили Хитруку, позвонили наследникам Заходера и с их согласия заключили договор. Позвонили Шварцману, позвонили Ярыкалову, другим художникам и договорились. Дали им проценты. Это просто копейки, поэтому меня там нет ."

"Одно только смущало Гену: - Понимаешь, - говорил он Чебурашке, - увидят меня мои знакомые и скажут:
"Вот тебе раз, крокодил Гена, а занимается такой несерьезной работой!" Неудобно получится!"
(Эдуард Успенский. Крокодил Гена и его друзья.)

История о том, каким таким чудом визуальный образ Чебурашки стал вдруг принадлежать г-ну Э.Успенскому, уже, пожалуй, стала хрестоматийной и уходит своими корнями в … в общем, куда-то уходит… С удовольствием описал бы ее в подробностях, но, боюсь, у меня банально закончится Word (без эмоций, гг. линуксоиды, я уже практически на пути к новой жизни).

Кому интересно, могут почитать точку зрения как одной стороны (1, 2, 3, 4), так и другой (1, 2). Или ознакомиться, например, с "разбором полетов" Ирины Тулубьевой по олимпийским (2004 г.) делам.

"Да, - сказали десять крокодилов, после того как прочитали заметку, - надо же так подправить! - Врунишка он!"
(Эдуард Успенский. Крокодил Гена и его друзья.)

Краткое резюме (по состоянию на конец прошлого, 2007 года): авторские права на Чебурашку суд отдал не художнику-постановщику Л.Шварцману, а сценаристу Э.Успенскому. Фамилия Л.Шварцмана в титрах, дескать, ничего не доказывает, поскольку из представленных г-ном Успенским документов следует, что в обязанности художника-постановщика входит лишь контрольная, административно-распорядительная и хозяйственная функции, но никак не создание персонажа.

"Чебурашка оказался совершенно неизвестным науке зверем. Никто не знал, куда же его поместить - то ли к зайцам то ли к тиграм, то ли вообще к морским черепахам."
(Эдуард Успенский. Крокодил Гена и его друзья.)

Персонаж как объект авторского права, как известно, - новелла 4-й части ГК. Он же - очередной шаг навстречу международному копирайту. Он же - следующий шаг в болото судебных дрязг "всех против всех". Он же – хрен пойми что такое.

Часть 4 ГК РФ не разграничивает литературных и изобразительных персонажей. В.Энтин утверждает, что "это может привести к тому, что в будущем времени появится огромное количество споров по вопросам интеллектуальной собственности". Не соглашусь: не "может привести", а "обязательно приведет".

Лично я не понимаю, как можно литературный персонаж как таковой скопировать на сырок, перевести в 3D и тэ-дэ?! Литературный персонаж – это образ, выраженный литературными средствами (проще говоря – текстом). Литературный персонаж как таковой можно использовать только в текстовом произведении (либо в текстовом "пласте" этого произведения). Точно так же, как музыкальный образ выражается звуками и не может воспроизводиться на холсте. Потому что литература, музыка, графика – это разные, как теперь модно говорить, медиа (художественные среды) со своими собственными выразительными средствами, языком, кодом, если угодно.

Но это я так считаю. А, например, Гришка Страфишелкин из соседнего подъезда считает иначе. Короче, юристы-доктринеры будут спорить до усрачки, суды – исходить из духа законов, судорожно пытаясь его поймать, а организованные пиратские группы – печатать левые диски, поплевывая и на тех, и на других.

Кстати – вы разве не заметили, что в этом тексте я уже в десятый раз пирачу один очень известный музыкальный образ? Какой? - Шостакович, Седьмая ("Ленинградская") симфония, "Тема нашествия".

В ряде зарубежных стран (прежде всего, в США, естественно) есть тенденция рассматривать в качестве "персонажей" не только вымышленных героев, но и актеров, исполняющих те или иные роли, а также известных спортсменов, моделей и т.д. В итоге права на "персонаж" оказываются тесно связанными с правами исполнителей, а также правами граждан на использование их изображений.

Кроме того, в тех же США, например, копирайт довольно часто охраняет и такие названия персонажей, которые не только не отличаются оригинальностью, но и наоборот - представляют собой широко распространенные словосочетания, фамилии и проч. ("Супермен", "Микки Маус", "Карлсон", "Гарри Поттер"). Мне пока не доводилось слышать про случаи, когда человек по имени Гарри Поттер был вынужден под давлением агентов г-жи Роулинг сменить имя и фамилию на другие, не зарезервированные еще; но когда услышу – не удивлюсь ни разу.

Кстати, на сайте Э.Успенского висит перечень персонажей его произведений. В том числе: девочка Галя, пес Шарик, мама Римма, папа Дима, тетя Тамара и девочка Катя. А также некий фотограф Стелькин, который, по данным компетентных органов, приходится дальним родственником известному взяточнику Стелькину из к/ф "Берегись автомобиля".

Теперь другой момент. Допустим, Л.А.Шварцман отсудит себе права автора на зрительный образ Чебурашки. Но ведь мультфильм про крокодила Гену создавали не только Э.Успенский и Л.Шварцман. Над ним работали 4 художника-мультипликатора, 11 изготовителей кукол плюс художник мультфильма. А также (и прежде всего) режиссер-постановщик Р.А.Качанов.

Это мы, кстати, только зрительный образ вспомнили, а ведь есть еще и звуковой (Клара Румянова, Владимир Шаинский и др.).

Так что теперь, наконец-то, нашим судам будет чем заняться. А то ведь до этого всё фигней какой-то страдали.

"А почему это хорошо, что я зеленый и плоский? - Потому, что если вы ляжете на газон, то вас не будет видно.
- А зачем я должен лежать на газоне? - снова спросил крокодил. - Об этом вы узнаете потом."
(Эдуард Успенский. Крокодил Гена и его друзья.)

У Лоуренса Лессига в его книге "Свободная культура" есть, в частности, такая история. Джон Элзе, преподаватель, снимает отличные документальные фильмы - не для денег, а, так сказать, для души. В 1990 году при съемках очередного фильма про какую-то оперную постановку под объектив случайно подвернулся телевизор, на котором показывали "Симпсонов". Элзе рассудил, что нюанс с "Симпсонами" в телевизоре поможет придать эпизоду фильма нужную окраску. Через несколько лет, когда наконец-то нашлись деньги на завершение картины, Элзе, как честный Вася, пошел решать вопрос с авторскими правами на те несколько секунд "Симпсонов", которые попали в кадр.

Эльзе позвонил автору "Симпсонов", и тот, естественно, дал добро. Однако порекомендовал на всякий случай пообщаться еще и с продюсерской компанией. Там тоже не возражали, но порекомендовали на всякий случай связаться с головной компанией – студией "Fox". Элзе позвонил в "Fox", объяснил ситуацию - мол, так и так, несколько секунд "Симпсонов", автор и продюсер уже согласны – и радостно ждал ответа.

Ответ был примерно следующий: автор "Симпсонов" в вопросах лицензирования – никто и звать его - никак. Это раз. Лицензия (со скидкой для образовательных целей) стоит 10 000 "американских президентов", и не важно – пять секунд в кадре или тридцать пять. Это два. Расчет окончен.

Сначала Элзе подумал, что он ослышался. Но впоследствии вице-президент студии подтвердила сказанное, добавив при этом: "А если станете ссылаться на меня, я натравлю на вас наших адвокатов". Заместитель вице-президента потом шепнул обалдевшему режиссеру-любителю: мол, take it easy, им тут плевать на всё с высокой колокольни, кроме денег.

Естественно, у Элзе не было 10 000 долларов и "Симпсонов" он из своего фильма убрал.

Когда американские юристы слышат эту историю, им, в первую очередь, приходит на ум мысль – а как же концепция "добросовестного использования" (fair use)? Пять секунд некоммерческого фильма - это ж fair use в чистом виде, и никакого разрешения не нужно! Почему же Джон Элзе ей не воспользовался?

Дело в том, что на телеканале, где он собирался показать свой фильм, обязательно спросили бы страховку на случай ошибок и оплошностей. Страховой агент, в свою очередь, обязательно потребовал бы детальное "описание видеосигнала", с указанием источников и лицензионной чистоты каждого кадра. Элзе мог сколько угодно с пеной у рта твердить про fair use, но агенту и телеканалу нужна уверенность в беспроблемности материала, а не доктрины юристов-теоретиков.

"Будучи режиссером документального кино, работающим до изнеможения и за смехотворную сумму, - говорит Джон Элзе, - я меньше всего хотел рисковать неприятностями с законом - даже мелкими неурядицами из-за того, что пойду на принцип. Да, я поговорил с одним адвокатом, который подтвердил, что это было "добросовестным использованием". Но он также уверил меня, что студия преследовала бы меня и донимала исками всю жизнь, вне зависимости от моих намерений. Адвокат дал мне понять, что вся борьба сведется к вопросу о том, у кого больше юридический отдел и глубже карманы, у меня или у них."

Такая практика показывает, заключает Л.Лессиг, как далеко ушло право от своих корней восемнадцатого века. "Закон появился в качестве щита, оберегающего прибыль издателей от нечестной конкуренции со стороны пирата, а превратился в меч, карающий любое использование, творческое или нет."

"Через несколько дней, вечером, Гена устроил маленькое совещание. - Может, это не совсем тактично, то, что я хочу сказать, - начал он, - но все-таки я скажу.
Мне очень нравится то, что мы с вами делаем. Это мы просто здорово придумали! Но с тех пор как мы все это здорово придумали, я потерял всякий покой!"
(Эдуард Успенский. Крокодил Гена и его друзья.)

В завершение спешу поделиться радостной вестью. Когда-то давно Эдуард Успенский в своей книге "Крокодил Гена и его друзья" презентовал Чебурашку так: "Чебурашку сделали на игрушечной фабрике, но сделали так плохо, что невозможно было сказать, кто же он такой: заяц, собака, кошка или вообще австралийский кенгуру?"

Все эти годы вопрос личностной самоидентификации Чебурашки не мог не волновать лучшие умы Отечества. События последних лет наконец-то сорвали покров тайны: Чебурашка оказался дойной коровой.

"Горячая десятка" самых богатых мультперсонажей мира

Увеличить